Нет имени тебе, мой дальний.

Вдали лежала мать, больна.
Над ней склонялась все печальней
Ее сиделка – тишина.

Но счастье было безначальней,
Чем тишина. Была весна.

Ты подходил к стеклянной двери
И там стоял, в саду, маня
Меня, задумчивую Мэри,
Голубоокую меня.

Я проходила тихой залой
Сквозь дрему, шелесты и сны…
И на балконе тень дрожала
Ее сиделки – тишины…

Мгновенье – в зеркале старинном
Я видела себя, себя…
И шелестила платьем длинным
По ступеням – встречать тебя.

И жали руку эти руки…
И трепетала в них она…
Но издали летели звуки:
Там… задыхалась тишина.

И миг еще – в оконной раме
Я видела – уходишь ты…

И в окна к бедной, бедной маме
С балкона кланялись цветы…

К ней прилегла в опочивальне
Ее сиделка – тишина…

Я здесь, в моей девичьей спальне,
И рук не разомкнуть… одна…

Нет имени тебе, весна.
Нет имени тебе, мой дальний.

Октябрь 1906




Группа ВКонтакте: